Пост

Наконец-то я получил потерянное письмо.

С 9 ноября от него не было никакой информации убыло из сортировочного центра и все.

На обращения почта отвечала, что 14 дней с даты отправки не прошло поэтому искать не будем. И вот по истечении 14 дней я позвонил им и устроил разнос.

Очень долго извинялись, даже прислали письмо на электронную почту. Было приятно наблюдать, как письмо проходит все пункты сортировки в течении дня, хотя в стандартной доставке этот путь занимает дня три.

В письме был Вексель на 659 рублей. Москва от 21 августа 1903г.

Вот это настоящий артефакт единственный в своем роде, повторений в мире нет.

Дорогов Иван Петрович торгующий по договору второго разряда в г. Царевосанчурске обязует выплатить по Векселю, Товариществу сахара-рафинадного завода В. Генрих, и К 659 рублей.

По летописям

Город Царевосанчурск основан в 1584 году, до конца 18 века — центр одноименного уезда. С 1797 года — заштатный город Яранского уезда. С 1929 года — поселок Санчурск, центр одноименного района.

Расположен в юго-западной части области на реке Большая Кокшага (приток реки Волги), расстояние до Москвы около 823 километров.

В литературном памятнике «Сказание об Иване Грозном» говорится: «Шел Иван Грозный царь у татар стольный город Казань воевать.

Сказание повествует о кровавой битве под городом Шемчура, в которой войско Балтауша было разбито. И далее в «Сказании» говорится:

«Царь Иван повелел своим войнам: на том месте, где построены укрепления, русский город поставить и назвать его Царево-Шемчурград, что и доселе стоит при Кокшаге-реке — Царевосанчурск или Санчурск теперь».

В архивах даже имеется устав Товариществу сахара-рафинадного завода В. Генрих и К.

Удивительным образом в дореволюционной России вполне можно было обойтись без наличных.

Причин этому было несколько. Главная из них — повсеместная доступность кредита. Если вы живете в городе, то местные лавочники, приказчики, зеленщики, молочники и трактирщики прекрасно знают вас в лицо и отпускают продукты в кредит, а вы расплачиваетесь в конце месяца. Деньги, в сущности, нужны были только на извозчиков или трамвай, на обед в незнакомом ресторане.

Крестьяне тоже держали деньги в руках далеко не каждую неделю. С сельским лавочником было принято расплачиваться вообще раз в год, после продажи урожая. Жизнь у всех была размеренная, предсказуемая, знакомым было принято доверять. Пожалуй, соседский лавочник даже обиделся бы, если бы ему предложили расплатиться на месте, — так поступали только перед долгим отъездом.

А что делать, если нужно было купить что-нибудь не повседневное: например, драгоценности в подарок или костюм у портного? В графу крупных трат стоит занести и карточные проигрыши. На такой случай каждый более-менее состоятельный гражданин имел счет в банке и чековую книжку. С этим чеком любой мог прийти в банк и получить сумму со счета наличными (если, конечно, на счету были деньги).

Помимо чеков, в большом ходу были векселя. Векселями расплачивались за аренду квартир, отдавали долги, покупали крупные партии товаров. Вексель, в сущности, похож на чек, но обязательно маркировался датой. Если чек можно просто принести в любой момент в банк и получить деньги сразу, то по векселю деньги выдадут только после наступления определенного срока — даты погашения векселя. Этот процесс назывался «учесть вексель». Если деньги нужны срочно, то вексель можно было учесть и заранее, но с потерей определенного процента.

Лев Толстой описывал в письме свои злоключения:

«В один прекрасный день я шутя поставил пустяшную ставку и проиграл, еще поставил и опять проиграл; мне не везло; страсть к игре всколыхнулась, и в два дня я спустил все свои деньги и то, что мне дал Николенька (около 250 р. сер.), а сверх того еще 500 р. сер., на которые я дал вексель со сроком уплаты в январе 1852 г».

Если же человеку предстояла крупная покупка, например квартира или помещение под магазин, то, скорее всего, денег на счету и наличных в достаточном количестве найти ему было непросто. Поэтому люди расплачивались всем, что было, и несли целый ворох бумаг: выписывали чеки и векселя, передавали акции и облигации государственного займа.

С каждым десятилетием благосостояние и потребление росло, товаров и услуг становилось больше и больше: люди чаще ездили в путешествия, открывались частные школы и университеты, появлялись граммофоны и фотоаппараты, велосипеды и кино, а вот количество банкнот в обороте практически не увеличивалось. Связано это было, конечно, с золотым стандартом. Начиная с 1897 года в России один рубль «железно» соответствовал одному и тому же количеству золота — точно так же была организована финансовая система каждой развитой страны.

Любой подданный империи мог зайти в отделение Государственного банка и поменять свой кредитный билет на золото по весу. Но люди чаще всего этого не делали, так как бумажные деньги гораздо легче и удобнее в обращении, чем золотые монеты. Золотая монета занимала примерно четверть всего оборота наличных. Государству, с другой стороны, тоже выгоднее хранить золото в собственных хранилищах, а людям выдавать банкноты. Экономика Российской империи считалась крайне надежной, а экономическая политика — крайне консервативной. В России решили, что количество золота в хранилищах должно всегда соответствовать количеству бумажных денег, и именно это и вызывало настоящую нехватку денег в стране. Обычные жители чаще всего этого не замечали, но бизнесу не хватало рублей. Продавцы ни векселя, ни чеки, понятное дело, не любили: бумаги надо нести в банк, а там еще вдруг у покупателя на счету пусто. Надежнее всего было бы расплачиваться наличными, но их просто не хватало физически.

Тогда никого совершенно не волновал курс национальных валют: он был абсолютно одинаковый все время и не менялся с годами. Играть на бирже на курсах было невозможно. Кроме того, каждая национальная валюта, привязанная к золоту, сразу же становилась свободно конвертируемой, тогда как Российской Федерации потребовалось 15 лет для того, чтобы местная валюта приобрела такой статус.

Во время путешествий за границу люди тоже никогда не сталкивались с проблемами. Нужно было всего лишь взять нужные средства в золоте и совершенно спокойно обменять их на местную валюту в любом банке. Если собирались уехать надолго или предполагались большие траты за рубежом, то, конечно, нужную сумму проще было отправить межбанковским переводом. Коммуникация между банками осуществляется по телеграфу: всего лишь нужно было прийти в местное отделение банка и получить деньги.

Антон Чехов писал сестре:

«Через некоторое время <…> возврати мне эту 1000 франков, через то же Credit Lionnais, переводом, но не по телеграфу, а возьми чек или вексель и пришли мне его в заказном письме. Здесь в Credit Lionnais меня знают и, буде вексель из письма вытащут, то вору денег не выдадут».

Реальность того времени, с твердым курсом валют и ничтожной инфляцией, казалась людям совершенно естественной. Никто не предполагал, что жизнь может быть устроена по-другому. Доверие к экономической системе было таким нерушимым, что никому не пришло в голову снять деньги с вкладов и перевести наличные в золото во время международного кризиса летом 1914 года. За два дня до начала войны дверца с такими возможностями захлопнулась: Россия отменила свободный обмен банкнот на золото, и совершенно так же поступили все остальные страны.

Во время Первой мировой, помимо всех ужасов войны, люди столкнулись с доселе невиданными реалиями: все государства начинают печатать деньги, совершенно не заботясь об их обеспечении. Сбережения обесцениваются на глазах, и поделать с этим ничего нельзя. Долгая эпоха абсолютной надежности денег и минимальной инфляции подошла к концу — наступил новый век.