Пост

– Всем приветики, хвост пистолетиком! С вами Няша, и мне тоскливо от новостей. Нам тут такого испугашку привезли! Это очень печально, когда собачка, которая только попадает в приют, шарахается от людей. Особенно если это маленький щеночек. Обычно такая беда случается, если собачку нашли и доставили к нам в очень тяжелых обстоятельствах. Если у нее уже стресс и паника – от того, как она жила в последние дни, как она выживала сама.

Сережа и Галя несут красивого пушистого песика от машины – и песик в ужасе. Весь дрожит, смотрит через плечо Сергея ошалевшими глазами. Я сразу по одному виду поняла, что с этим песиком беда. Поэтому увязалась за ними следом и осталась под вольером, куда песика унесли – подсматривать и рассказ Галины слушать.

В общем, это щеночек Гномик с Рудничного, его машина сбила. Судя по тому, что рассказывала девушка, которая его привезла, – Гнома сбили три дня назад, а потом он лежал в ливневой трубе, где его и нашли. На зов он не откликался, не выходил, добрые люди залезли и вытащили его. А девушка, которая привезла Гнома в Хвостатое счастье, вызвалась быть перевозчиком – она ничего не знала об этом щеночке, но все равно была готова его доставить, хоть ей пришлось делать крюк, а потом она вообще заблудилась из-за навигатора.

Имя Гном у Гнома уже было. Кто-то рассказал, что знает эту собаку – собаке годик. А зовут Гном. И, кажется, вдобавок ко всему, Гнома покусали другие собаки. И у него отнялись лапы после наезда машины – чувствительности в задних лапах нет.

Естественно, Гномик в ужасном состоянии чисто психологически. Ему перевязали веревочкой пасть, чтоб он не кусался. Сергей и Галина отнесли Гнома в специальный вольер на бужирование, и там Гномик вроде успокоился под руками Сережи – Галина отошла, а Сергей ласково гладил его. Но потом Гном опять испугался и начал биться и вырываться, опрокидываясь на спину, даже отползать от Сережи. Я подглядывала сквозь сетку вольера, и у меня сердце за Гномика разрывалось. Как же ему было плохо и страшно, если он до сих пор не может прийти в себя.

Галина после беглого осмотра пришла к выводу, что у Гнома, скорее всего, перелом позвоночника. Надо будет везти его в клинику и узнавать диагноз – можно ли что-то сделать, или Гном таким и останется.

Гном все скулил и дрожал. Пока Галя и Сергей отошли, я высунула через сетку свой нос и сказала:

– Привет, малыш. Тяжко тебе было? Как же ты выживал там совсем один?

Гномик жалобно захныкал по-собачьи.

– Мне и сейчас очень страшно, тетя-кошка! Где я? Люди все время меня трогают. Я боюсь, что они сделают мне что-то плохое. Огромная железная машина налетела на меня и ударила так сильно! И вдруг я потерял способность передвигаться. Понимаете, тетя-кошка? Раньше я бегал, а теперь не мог! Я и не знал, что могу перестать бегать! Все что я смог – это ползти, так медленно, та больно! Я куда-то полз, скатился с этой ровно дороги, где ездили машины, забился в какую-то... щель. Я лежал там и скулил, потому что не мог уйти. Я не понимаю, что мне делать, потому что уйти не могу! Люди меня трогают, берут, везут куда-то, несут, а я не могу от них сбежать! Я не чувствую задних лапок! Они же есть, мои лапки! Я глазами вижу, что есть!

Гномик ужасно паниковал. Я надеюсь, что при должном уходе Галины он скоро придет в себя. Любой стресс имеет свойство проходить в тепле, уюте, и если собаку больше ничего не пугает. Со временем Гном привыкнет к нам и перестанет бояться. А его лапы... это уже только в клинике скажут, восстановится ли он.

– Не паникуй, малыш, – мяукнула я. – Понимаю, от моих слов не легче, но со временем ты успокоишься. У нас хорошо. Ты оказался под защитой этих стен, под защитой доброты и заботы Галины и Сергея.

Гномик все равно продолжал дрожать, а мне оставались лишь сожаления – ведь так хотелось бы, чтоб обиженных, испуганных животных в этом мире было как можно меньше. Благодаря «Хвостатому счастью» некоторых из них больше никогда не обидят, потому что мы их выходим и защитим!